Просмотров: 1502

В Мичуринском драматическом театре состоялась премьера спектакля «Щелкунчик»

В Мичуринском драматическом театре состоялась премьера спектакля «Щелкунчик»

Постановкой, ставшей жемчужиной репертуара МДТ, заканчивается каждое традиционное представление «У елки». 

Сценическим подарком мичуринской детворе стала яркая и необыкновенно зрелищная рождественская история, поставленная по сказке Э. Гофмана (режиссер-постановщик Ярослав Морозов). 
Классическая версия произведения, переведенная на язык драматургии, несколько отличается от знакомого по советскому мультфильму сюжета. В МДТ последовали немецкой традиции и напустили в сказку немного готического мрака, способного пощекотать нервы маленькому зрителю. Ночные кошмары девочки Мари сопровождаются впечатляющими спецэффектами. Деревянному Щелкунчику противостоит трехметровый Мышиный король с красными горящими глазами. Такой символ наступающего года запомнится детишкам надолго. 
Создателям спектакля блестяще удавалось играть на зрительских эмоциях. Ночные наваждения сменялись трогательными играми детей, погруженных в волшебство светлого рождественского праздника. Такой контраст мрака и света делал спектакль невероятно притягательным, погрузив зрителей в какой-то иррациональный транс. 

AP0w1PsaXYw
Труппа МДТ превзошла саму себя, так как актерам удавалось органично существовать в пространстве готической сказки, разговаривая при этом с детьми на понятном им языке. Мальчик Фриц превращался то в Терминатора, то в Халка, то еще в какого-то кумира малышей, которые безошибочно считывали подобные «пасхалки». 
Классический контекст истории, содержащий в себе богатый культурный пласт, нисколько не страдал от такого осовременивания. Актрисе Элеоноре Моревой блестяще удалась роль девочки Мари: в ее исполнении возлюбленная Щелкунчика отличается очаровательной непосредственностью. 
Сказка не только порадовала детей, но и покорила сердца их родителей. Финишный апофеоз с музыкой Петра Чайковского оставил на душе ни с чем не сравнимое чувство волшебства. Когда казалось, что наступил пик эмоционального напряжения, актеры брали все новую и новую высоту завораживающего пафоса.