Просмотров: 973

Из воспоминаний мичуринцев-ликвидаторов Чернобыльской аварии

26 апреля - День памяти погибших в радиационных авариях и катастрофах в России. 

Из воспоминаний мичуринцев-ликвидаторов Чернобыльской аварии

Совсем еще молодые люди, прошедшие службу в армии, были брошены в самый эпицентр аварии, туда, где доза радиации превышала все мыслимые и немыслимые значения. Причем через военкоматы призывались в первую очередь специалисты, имеющие те профессии, которые могли бы пригодиться в условиях экстренного устранения радиационных выбросов в атмосферу.

На таких работах в 1987 году был задействован мичуринец Михаил Александрович Андреев. Он понадобился стране, так как владел специальностью бульдозериста. В его обязанности входило заваливать траншеи, в которые зарывался облученный грунт. Это называлось «хоронить радиацию». Зараженный слой грунта увозили в так называемые «могильники», пряча глубоко в почву. Спустя пять лет молодой мужчина почувствовал последствия работы в условиях радиационного заражения, что привело к инвалидности.

Другой житель Мичуринска Виктор Александрович Шаталов попал на аварийную атомную станцию в самые первые месяцы после катастрофы, когда ему было всего 20 лет. Будучи курсантом Тамбовского военного училища по специализации «химическая защита», в его обязанности входила дезактивация и дезинфекция местности. Во дворах домов грунт счищался вручную, так как спецтехника туда не могла пройти. То есть, он имел самый тесный контакт с осевшими на почве радиационными веществами. Из средств защиты в его распоряжении, как и многих молодых людей находившихся там же, была только респираторная маска.

В такой же работе был занят с октября 1987 года по февраль 1988 мичуринец Дмитрий Викторович Живодеров, призванный в качестве ликвидатора последствий атомного выброса в возрасте 34-х лет. Из тех, кому было суждено попасть в центр Чернобыльской катастрофы в первые дни после аварии, был Юрий Григорьевич Федоров. Когда население близлежащих к атомной станции городов и населенных пунктов в спешном порядке эвакуировалось, Юрий Григорьевич был вызван из Казахстана, являясь водителем цистерны. На него была возложена обязанность развозить химикаты и поливать ими окрестности, обезвреживая территорию, пострадавшую от радиационных выбросов.
В 1988 году на территорию атомной станции через военкомат призвали Юрия Николаевича Косенкова. Стране понадобились профессиональные навыки молодого специалиста по ремонту спецтехники. Юрий Николаевич в качестве автомеханика устранял поломку самосвалов, бульдозеров и другой техники, используемой при захоронении радиоактивного грунта. Дозиметры радиации, которые были в распоряжении механика, показывали недопустимые отметки. Но документально эти цифры не фиксировались. Было тайное распоряжение не разглашать показатели столь высокого радиационного фона.

О степени опасности существующей для тех, кто находился вблизи взорванного реактора, лучше всех был осведомлен мичуринец, майор военно-воздушных сил в отставке Олег Леонидович Вербицкий. До чернобыльской аварии Олег Леонидович служил в Центре подготовки космонавтов. В 1986 году он на вертолете МИ-8 в качестве пилота состоял в экипаже радиационной разведки. Вместе с ним зараженные местности (Киевскую, Гомельскую, Житомирскую, Могилевскую, Ровенскую и другие области) в радиусе 350 километров исследовали операторы термоядерщики и доктора наук из академии Велихова. В распоряжении высококлассных специалистов был вертолет, оборудованный аппаратурой для определения залежей урановых руд. Техника позволяла с максимальной точностью узнать, где произошли выбросы. На основе этих исследований составлялись карты зараженности местности, которые показывали непригодные для проживания территории. Ветер уносил радиационные облако на десятки километров от реактора, поэтому, как вспоминает Олег Леонидович, были населенные пункты, в которых радиационный фон в разы превосходил показатели в самом Чернобыле. Одним из самых пострадавших районов был город Припять. При том, что в руках специалистов была точная информация о степени заражения территории, разглашать ее запрещалось. Решение об эвакуации населения из зараженных районов принимали властные структуры.